Иоганнес Брамс

Наряду с Рихардом Вагнером творческой фигурой крупнейшего значения в немецкой музыке второй половины XIX века является Иоганнес Брамс. Творчество Брамса и творчество Вагнера знаменуют различные, во многом противоположные направления и тенденции развития немецкого музыкального искусства. Брамс по сравнению с Вагнером решал иные творческие задачи, преследовал иные художественные цели. В отличие от Вагнера, целиком принадлежащего Германии и германской культуре, Брамс, родившийся и воспитанный в Германии, значительной частью своего творчества был связан с Австрией, с Веной; в отличие от Вагнера, посвятившего себя целиком музыкальной драме, Брамс опер не писал и не интересовался этим видом творчества; Брамс также не питал особых симпатий к программной музыке типа той, которую писали Берлиоз и Лист. Но, идя другими путями, Брамс создал симфонические, камерные, фортепианные и вокальные произведения, занявшие достойное место в классическом музыкальном наследии, основанные на жизненных традициях народного творчества и национальной немецкой классики. Как и творчество Вагнера, но в других отношениях, творчество Брамса принадлежит к высшим достижениям немецкой музыки второй половины XIX века.

Твердая опора Брамса на классические традиции, сохранение исторически отстоявшихся музыкальных форм -- все это противостояло вагнеровской <<бесконечной мелодии>> и основным тенденциям позднего романтизма в музыке. Поэтому Брамс сделался в немецкой музыке творческим центром направления, которое выступило против всей так называемой <<музыки будущего>>, как иронически было прозвано направление Листа в области программной музыки и Вагнера в области музыкальной драмы. Брамс поставил свою подпись под официальным заявлением против <<музыки будущего>> (выражение <<музыка будущего>> заимствовано из литературного произведения Вагнера <<Художественное произведение будущего>>.) и помещенным в 1860 году в газете <<Берлинское эхо>> (<>). Такова была, в общем, позиция Брамса в немецкой музыке.

Однако значение этой борьбы направлений не следует преувеличивать. Добавим, что последние десятилетия творчества Брамса (70--90-е годы) относятся уже к послевагнеровскому периоду, когда эта борьба была направлена не столько против самого Вагнера, сколько против его последователей и эпигонов. Если в XIX веке она приобретала характер достаточно острой полемики, то впоследствии, в исторической перспективе, стало ясным, что одно направление вовсе не исключает другого, что оба они дополняют друг друга и в своей совокупности дают полную картину немецкой музыкально-творческой жизни в ее ведущих, основных линиях и в ее противоречивости.

Вагнер и Брамс по основной направленности своего творчества глубоко различны, во многом противоположны. Но следует видеть не только то, что их разъединяло, но и то, что их объединяло: они оба, каждый по-своему, опирались на завоевания немецкой национальной культуры, боролись за содержательность музыки, за ее национальный авторитет.